Смотри

Порой, пытаясь привлечь внимание, рассказчик говорит - смотри.
Поэтому смотри…

Странно. Чем стремительнее множится количество людей, снимающих все более качественными и доступными приборами, тем сильнее чувствуется нехватка (синоним – недостаток)  и фотографии, и людей, которые их делают (снимают тоже точное слово, потому что снимать – это брать что-то с чего-то, преимущественно с поверхности определенного объема).

Смотри, в идеале вскоре должны бы появиться как минимум два разных слова, каждое из которых будет обозначать разные виды фотографий.
Очевидно, что слово фотография останется для черно-белой, которая, собственно, и есть фотографией.
Поскольку в черном и белом живут все оттенки света, то речь идет ни о чем другом, лишь о полноте.

Смотри. Совершенство самого света настолько реально, что чем меньше всякой другой реальности в фотографии, тем она правдивее.
Фотография не документ. Ей тяжело поддаются даже различия между десятилетиями. Она не говорит о том, что было, а том, что хотя бы что-то есть всегда. Она ничего не должна фиксировать, только извлеченное из потоков света пространство. Итак, не цвет, ни линии и конфигурации. Только сосуществование нескольких пространств в одной плоскости.

Смотри… Фотография – это воплощенная теория относительности. Там, где о времени, пространстве и скорости света. В таком случае – чем меньше кадров дано, тем больше фотографии прибавляется.

Помнишь фотографии наших людей начала двадцатого века. Помнишь, как выглядят лица, которые фотографировались единственный раз в жизни. То же касается и фотографов.
Каждая как одна.

Слышишь, что-то подобное когда-то сказали. Страну, которая производит триста сортов сыра, невозможно победить. Страна, в которой есть хотя бы 94 фотографии, несомненно, существует.

А это даже ты не сможешь объяснить. Почему каждый этот снимок именно о тебе?